Ярополец
Оставшаяся весьма небольшая часть города Волоколамск изобилует различными знаками и ограничениями, а также закрытыми участками дороги и изгибами улиц. Спешить сейчас некуда. Город вытянулся на север, пережив, судя по всему, не одно расширение. Это видно по кладбищу, которые обычно устраивали за чертой города, а здесь оно военное и мемориальное, а до город всё не кончается…
Встречаются и «засады» от сотрудников ДПС, но им я неинтересен, так как и еду в другую стороны, да что с меня взять? У меня всё в порядке! Доберусь до развилки в деревне Масленниково, где нужно будет повернуть налево.
Пройдя пару километров, замечаю просветы в сплошном сером покрове из туч, и даже местами проглядывает солнце. Это очень хорошая новость! Ненастные и серые будни которую неделю являются спутниками нашей действительности. Мы настолько свыклись с ней, что изменение погоды вызывает оттепель и надежду на чудо в душе.
Узкая двухполосная дорога ведёт ведёт между сёлами, дачными посёлками, возле церквей, баз отдыха и бывших лагерей, спрятанных от взглядов из проезжающих мимо машин за железными заборами. В дополнении к этому, некоторые из этих территорий поросли таким бурьяном, что он собой заменит любой высокий забор.
Дорога здесь разделяется. Если взять левее, то объеду село Ярополец. Мне чуть правее. Мимо памятников прошедшим здесь войнам и скверу героев, сельских домов до Т-образного перекрёстка, где нужно повернуть направо. Всё это красиво выглядит в солнечных лучах. Небо практически расчистилось, где осталась редкая облачность. Какой контраст виден на этих двадцати километрах!
Проезжаю мимо усадьбы Гончаровых (Загряжских), вход на которую через ворота, обрамлённые шахматными фигурами, за ней следуют здания школы и детского сада, а дальше начинается территория усадьбы Чернышёвых. Мне же чуть-чуть дальше — до поворота к ГЭС. Сегодня захотелось изменить привычный пеший маршрут, которым ходили по территории ранее, и подъехать на парковку. Вряд ли там будет много машин.
Вот только спуск совсем не приветлив для низкого клиренса. Сама дорога убита и будут ли её восстанавливать — большой-большой вопрос. При помощи системы кругового обзора смотрю себе под нос, чтобы не въехать в большую яму. Так метр за метром спускаюсь всё ниже, пока не окажусь у моста перед дамбой. Доехал! На часах около девяти утра.
В прошлом году география моих путешествий, хоть и проходила совсем рядом, но времени на то, чтобы завернуть сюда, не было. Да и хотелось попасть сюда не на закате, как обычно, а на рассвете, когда солнце находится совершенно с другой стороны и освещает лес, вдоль берегов реки Лама. Забегая вперёд, добавлю, что хочется приехать сюда зимой. Наверняка, тут невероятно красиво.
Осматриваюсь. Люди тут есть, но их совсем немного. Поднимаюсь на бетонный мост за дамбой, с которого открывается красивый вид, ради которого и ехал сюда. Зависаю здесь на мгновение. Рассматриваю новые замочки, висящих на оградах. Это место у молодожёнов очень популярно.
Поднимаю взгляд и мне открывается этот чудесный вид! Равномерный шум воды, встречающей на своём пути преграду и падающей в высоты, действует лучше любых успокоительных. Видя и ощущая это, хорошее настроение возвращается. Красота — она всегда в естественности и движении, а не в вычурной точности деталей.
Если сравнивать вид с каким-либо периодом жизни, то это точно молодость. Не та, что подростковая, а уже более сознательная, когда набрался сил и приобрёл некоторый опыт, но при этом ещё вся жизнь впереди. Они будто возвращают в те времена, в тот июнь много лет назад, где не было преград для общения и встреч. Зелёный наряд деревьев вдалеке шелестит на ветру, дополняя акустической умиротворённостью к общей картине внезапно образовавшейся нирваны. Просто завис, растворившись пейзаже и став одним из его незначительных элементов.
Я не заметил, как вошёл в это состояние, но пробуждение будет несколько резче. Сложившаяся перед глазами прекрасная картинка вдруг оживёт. Пойду дальше.
Перейдя на другую сторону реки, устремился к зданию ГЭС. Перед ним, по правую руку, находится первая турбина той электростанции, которая давала немыслимых семь киловатт. Их хватало для освещения в домах. Впереди меня находится пруд в виде сердечка или жопки (кому как нравится), выравнивающий давление воды при скачках, обеспечивая равномерность вращения привода.
С другой стороны — затоки реки Ламы, которые не менее живописны утром. Хотя за ними практически не ухаживают и они «дико» зарастают. Пролезть там не так и просто.
ГЭС находится чуть левее. Судя по интернету, внутри всё сохранено в том виде, что позволяет демонстрировать её работу для посетителей. Вот только никогда не видел, чтобы они здесь были.
До генерирующей электричество установки, которое обеспечит свет в селе, здесь была водяная мельница с тем же принципом работы, то есть турбина приводилась в действие падающей на неё водой.
Останавливаюсь перед каналом, ведущим к зданию и небольшому водопаду, где установлена турбина, которая приводится в движение падающей водой. Вот мне этот домик по архитектуре кажется иноземным. У нас такие не строили. Отмечу, что здесь всё является новоделом. Здание будет перестроено в восьмидесятые годы, когда ГЭС станет музеем и будет исключена из генерирующих мощностей.
Мне казалось, что ГЭС пострадает во временя Великой Отечественной войны, но на этот счёт нет однозначного мнения у источников. Одни из них утверждают, что она была взорвана, а другие — наоборот, что до шестидесятых годов она будет продолжать свою работу.
Помимо здания, меня интересуют «наскальные надписи», оставленные теми, кто сюда приезжал. Их никто не закрашивает. На всё только воля времени. Может, и правы они в том, что по возвращении будет интересно найти свою метку. А тут на двери надпись: «посторонним вход воспрещён!»
Обхожу здание, где есть спуск, но за ним бурелом и пройти куда-либо дальше тут нельзя. Разворачиваюсь обратно и прохожу тем же маршрутом. На ответвлении реки Лама виден бурелом, да и скорость воды настолько низка, что всё зарастает.
Хочешь что-то получше разглядеть — приезжай ранним утром, пока не проснулись туристы! Ни души, как чуть ранее в Волоколамске!
Проходя мимо машины, обратил своё внимание, что за то недолгое время, что она стояла под окнами ночью, правую сторону неплохо обработали птички. И помыть-то негде!
Хотел было попасть в парк за усадьбой Чернышёвых, но на своём пути встречу непролазную грязь. «Как-нибудь в другой раз», — сказал самому себе и повернул к Красному пруду. Цвет воды в нём, конечно, не красный, но сильно отличается от того, что видел в реке — вода бирюзового оттенка. Рыбаки как всегда на месте.
Всё, тут мне больше некуда пойти. Пора подниматься наверх и ехать дальше.
Разъезжаюсь со встречной машиной и оказываюсь на дороге. Напротив входа в усадьбу Чернышёвых сделаю остановку. Хочется запечатлеть момент, оставив его в памяти. Вроде и прошло всего-то полчаса, но погода кардинальным образом изменилась. На солнце даже стало жарковато.
Усадьба сейчас переживает сейчас не лучший свой период жизни. Она пришла в запустение за своё более двухсотлетнее существование. Законсервирована она лишь местами, поэтому внутрь попадают все осадки, разрушающие здание и постройки. Внутренняя территория точно такая же — никому нет дела до неё.
Раз уж заговорил о том. какую территорию она занимала, то, конечно, значительно больше, чем сейчас огорожено забором. Казанская церковь находилась внутри, как и сад за самой усадьбой. Это видно по уцелевшим до наших дней постройкам, что находятся за пределами нынешних границ.
На парадном въезде в неё — такие же шахматные фигуры, как и у Гончаровых (Загряжских). Усадьбы строились в разные времена и эпохи.
Оглянувшись, увидел не большую, а огромную церковь — Казанскую. Я как-то её не замечал раньше. Видимо, она была в запустелом состоянии. Не поленился и поднял архивы — нет, она была в том же видел, просто к ней мы напрямую почти не выходили, да и она целиком и полностью была закрыта лесами. Посередине столб — бывшая колокольня, переделанная под водонапорную башню во времена Советского союза. Сейчас постепенно всё восстанавливают.
Еду дальше. В пути думаю, стоит ли делать остановку возле усадьбы Гончаровых (Загряжских) и идти на её территорию внутрь? Пока раздумываю, притормаживаю. Сфотографировал гнездо с аистами. У нас они редки. Это в Псковской области на каждом углу можно встретить гнёзда.
Увидев местечко прямо возле входа в усадьбу, делаю остановку. Лишние полчаса прогулки мне не повредят, хотя здесь я всё помню. Вряд ли что-то изменилось.
Прохожу внутрь и попадаю на территорию перед храмом Иоанна Предтечи. Время для служб ещё ранее, поэтому никого здесь нет и дальше иду внутрь усадьбы. Тут видно, что за территорией следят и ухаживают: трава покошена, инженерные системы тоже находятся в удовлетворительном состоянии, а бюсты, которые так любят птицы, чисты. И опять же — полное отсутствие людей! Будто все вымерли! Не вижу и котиков, которые здесь были повсюду.
На главном здании висит табличка, в которой сказано, что Александр Сергеевич Пушкин собственной персоной здесь бывал дважды. Его понять можно, так как это имение семьи его жены. Ещё один абсолютно ненужный, но интересный факт, что Наталья Николаевна Гончарова родилась в тот же день и год, когда произойдёт генеральная битва под Бородино, то есть младше Пушкина на тринадцать лет.
Территория усадьбы и главное здание засветились в одном старом фильме «На графских развалинах». Само название звучит как сарказм. Усадьба пострадает, как от действия властей, как от периода Великой Отечественной войны, так и от соотечественников, которые частично растащат усадьбу, как стройматериал.
Во дворе стоит бюст Пушкина, за которым растёт ветвистое дерево. Здесь же и встречу первого человека. Он бегал с заведённым мототриммером на плече и издавал рычащие звуки двухтактным мотором.
Удаляюсь с территории усадьбы, выходя в сторону спортивной площадки и лесу, куда и держу путь. Помню, что в нём есть захоронение человека, посвятившего свою жизнь изучению этих мест.
Только попадая в тень леса, ощущаешь насколько стало тепло. Здесь же влажно и прохладно. Дышится очень легко, а солнце, попадающее сквозь листья и ветви деревьев не такое жгучее. Сама природа пишет картины, это у Шишкина «Утро в сосновом лесу», а тут — тут в лиственном.
Так дойду до скамейки, стоящей рядом с выступом берега. Отсюда можно сделать фотографию берега, на котором стою, и даже можно увидеть оставшуюся кладку стены вдоль течения. Идти дальше нет никакого смысла (приду к ГЭС), так как там сегодня уже успел побывать, поэтому возвращаюсь назад. Вновь прохожу сквозь чугунные ворота, покосившиеся от времени. Они вряд ли когда-нибудь сомкнутся.
На часах почти десять часов и возле кухни на территории усадьбы замечу первого сонного человека, стоящего в дверях в видавших видах трениках, и смолящего первую сигарету. Вид почему-то напомнил, что видел на территориях больниц, где и выходить нельзя, и курить очень хочется.
Возле храма Ионна Предтечи находятся артефакты или же осколки из прошлого, что удалось сохранить до наших времён.
Вот и ворота видны, нанизанные на шахматные ладьи. Вдалеке — аисты в гнезде, устроенном на столбе.
Сажусь в машину. Чувствую, что даже немного упарился. Ничего, вперед около часа пути до Зубцова, остыну под кондиционером. Поворачиваю в направлении Рижского шоссе.