Платформа

Мы туристы или же почти туристы

Сама идея поехать на Грушинский фестиваль жила со мной с первой поездки в две тысячи третьем году. Каждый год, правда, это не получалось и откладывалось по разным причинам: то не было денег, то не было желания, то здоровье подводило, то так активно подготавливались в ночь перед выездом, что с утра страшно было вставать – штормило.

В этом году всё же мы решили обмыть поездку после того, как прибудем на место, а не до отправления, так как это могло сильно расстроить наши планы.

Для меня дорога – это жизнь, так как это постоянное движение. И почти без разницы то, какое расстояние предстоит преодолеть: будь то двести-триста километров или тысячу оседлать за один раз. Главное – движение, а также само желание двигаться, которое с годами почему-то сходит на нет, но как пелось в песне: главное, ребята, сердцем не стареть.

От той поездки у меня остались самые тёплые воспоминания, без каких-либо детальных подробностей. Камеры у меня тогда не было, фотоаппараты были не цифровыми, так что фиксировать всё происходящее было затруднительно. Для этого использовалась память в голове. И главным её свойством является то, что всё самое чёрное обеляется, становясь таким светлым пятном в воспоминаниях.

А вот фотографий-то и не осталось, кроме одной, так как фотографировали не на мой фотоаппарат. Одну единственную, где я был запечатлён с Олей и Волчариком мне прислали. Видимо, она была ни к селу, ни к городу. А остальные – зажали.

Да, были тяжёлые рюкзаки и сумки с продуктами, палатками, которые на месте необходимо было установить. Всё это тащилось на своём горбу, но особой усталости я не помню. Может потому, что я был моложе, а может потому, что это уже давно вычеркнуто из памяти раз и навсегда. Было и было, но ведь это не так важно? И назад мы потащили с собой сумку с провиантом, который не успели на месте съесть. Не пропадать же? Я бы, конечно, выбросил или отдал кому-нибудь, но кто же мне разрешит? Нельзя!

В этот раз ситуация иная. В этот раз никаких поездов, электричек, тяжёлых походных рюкзаков. В этот раз всё везём на машинах от дома и почти до места назначения. В моих планах ещё поездка в Самару. Город, в котором я не был одиннадцать лет: проехаться и пройтись там, где я когда-то был, запечатлеть на память то, что когда-то было важным. Впрочем, если планы изменятся, и я не поеду туда, то сильно горевать не стану.

Почему я выбрал такой заголовок? Официальный Грушинский фестиваль переместился на новое место, а люди по старой памяти едут на платформу «135 км», переименовываемую на время фестиваля в платформу «им. Грушина». Отсюда и название – «Платформа». Ехать на Федорцовские луга, где проводится официальный Грушинский, мне не захотелось, так как для меня то место чуждо. И плевать мне до их судебных разборок из-за авторских прав. Это ваша песочница, но портите праздник всем остальным.

Наверх

Сборы

Я особо не собирался. Похватал только тёплых вещей, на случай холодных ночей на фестивале, и во что можно было бы переодеться, и всё. Впрочем, по прогнозу погоды, плохо там не будет, разве что дождливо, а значит грязно – переживём как-нибудь. Запасные штаны, кроссовки будут со мной. Много места они не занимают.

Основная подготовка была у моего соседа, который едет со мной в колонне. В свою молодость он ходил в походы. Оттуда и палатка, и примус бензиновый, и большой рюкзак – вот это всё он доставал, проверял, раскладывал и готовил к выезду. А мне что – я сам нахожусь пока в полутора тысячах километрах от дома, с собой у меня лишь минимум вещей и всё. Ведь полторы тысячи километров это всего сутки езды, и не более того. Я лишь помогу погрузить, разгрузить. В общем, и эта вся моя помощь, а также небольшую экскурсию проведу по Самаре, если заедем туда.

Провианта тоже много брать не будем. Всего-то на три дня едем. Случай чего, в какой-нибудь забегаловке на месте можно будет докупить. Единственное, что надо купить, так это воды в пятилитровых бутылках, а из походного инвентаря – пару надувных матрацев, да мангал для шашлыка.

Наверх

Дорога на фестиваль – М5 – Пенза

Выезжать решили за сутки до начала фестиваля, так как у нас плановая остановка почти в середине пути на целый день.

Наша временная цель – прибыть в четверг вечером около пяти-шести часов, так как в Самаре темнеет раньше, чем в Астрахани, и значительно раньше, чем в Москве. Нам нужно время, чтобы успеть разложиться и обустроить лагерь. Пары часов на это будет достаточно. После чего спокойно пойти погулять, послушать музыкантов, так как шоу будет длиться до поздней ночи. А потом нас ждёт ещё два активных дня, которые можно будет использовать для отдыха, в том числе и активного. Ночной концерт, а утром дорога либо до Самары, чтобы в воскресный день проехать везде и всюду, и после обеда двинутся в обратную сторону, либо сразу в сторону дома. Это мы решим на месте. Понимаю одно – скучать нам особенно не придётся. Это всё планы, а как будет на самом деле – никто не знает.

Утро у меня началось около шести часов, быстро перекусив, я отправился догонять моего соседа, который выехал на пару часов раньше. МКАД и М5 до Рязани мне знакомы целиком и полностью, а вот дальше я ездил всего однажды, когда мы ездили в Ульяновск.

Первые проблемы начались ещё в Подмосковье: ремонты, аварии – сильно снижали среднюю скорость, а перед Рязанью и на объездной встал в пробки. Там я потерял минут сорок, а потом снова полетел по хорошей дороге, которая длилась километров сто. Чем ближе к Шацку, тем хуже становилась дорога. На объездной Шацка я аж прыгал в салоне. В конце объездной существует хитрость, которой пользуются придорожные работники. При движении в сторону Пензы – необходимо повернуть направо, так как прямо знак «Движение запрещено» (попросту «кирпич») на скорости можно и заметить.

Дальше до Мордовии – ремонты, ремонты, объезды, объезды. После того, как в салоне прочно поселились запахи еды, я понял, что въехал в Умёт, где существует первый в России «Морддональдс»! И открыл его, как ни странно, не Депардье. Это не то, что вы думаете, гамбургеров там нет. А чем кормят и безопасно ли это – не проверял, так как ещё не был голоден. Проехал и кафе «Незабудка», в котором мы кушали по дороге в Ульяновск.

Поворот на Краснослободск ничем непримечателен, равно как и десять лет назад. Всё также нет указателя и единственным ориентиром может служить развал с хрусталём. Миновать его быстро не удалось, так как здесь начинается огромный ремонт. Именно здесь сразу кладут инновационный асфальт, качество которого ощущаешь подвеской сразу. Отстояв здесь с полчаса, двинулся дальше. От соседа меня отделяло ещё огромное расстояние. Он был уже под Спасском в Пензенской области, а я ещё не доехал и до границы Пензенской области.

В целом, несмотря на то, что я пишу, что дорога в плохом состоянии, местами можно даже очень неплохо ехать, радаров немного. В Пензенской области всё также ремонты-ремонты, местами асфальтовое покрытие снято, но это не мешает ехать быстро. В одном из крутых поворотов навигатор мне указал повернуть направо, но я не верю навигатору, а верю своим глазам и повернул налево, так как ни прямо, ни направо дороги не было. Судя по точке на локаторе – я приближался к соседу. Оставалось 10… 5 километров, но я его вообще не слышал в радиоэфире. От него лишь сообщение в гугле о том, что стоит на остановке, дожидается меня.

Тем временем в Пензенской области было очень тепло – под тридцать градусов, и очень солнечно. Всякой мошкары полным полно, крупной и не очень. Вот и показался белый Пежо возле остановки. Остановился. Покричали друг другу в окно и двинулись дальше. До точки назначения оставалось совсем немного.

Минут через двадцать повернули на региональную дорогу в сторону Пачелмы и через полчаса были на месте. Нас уже поджидали обитатели небольшого сельского дома, где мы остановимся на одну ночь.

Наверх

Пачелма

Что представляет собой село Пачелма? Его легко представить, даже если не уезжать так далеко от Москвы. Даже в Подмосковье есть такие тихие и спокойные места со своими «тихушниками», толпящимися возле магазинов. Жизнь здесь будто застыла ещё двадцать-тридцать лет назад, с тех пор не сделала ни шага вперёд. Если вас мучает ностальгия по тем славным доперестроечным временам, то вам здесь понравится. В остальном же – три дороги, сто дворов.

Нас уже поджидали, только я почему-то нашего радушного хозяина почти не слышал, только когда подъехали ближе, я начал его ощущать в динамике радиостанции.

Приехали. Встали возле входа на участок. Вокруг людей за всё это время я не видел. Тишина гробовая, разве что птички поют. К нам на встречу вышли Анатолий с внуком, которого очень интересовали машины. Он готов был излазить их вдоль и поперёк. Я понимаю его, я сам таким был в детстве.

Постояли. Поболтали перед калиткой. Покурили. Да и хозяин пригласил нас в дом. Пора, мол, и за стол. У соседа была с собой двухлитровая бутылка пива, которую мы сразу же бросили в морозилку, чтобы она остыла. Пока уселись за стол прошло минут тридцать. И всё же сели. Подняли бокалы за то, что мы доехали, и начали обедать.

Внучок всегда рад тому, что приезжают гости – новые люди. При их появлении, он начинает крутиться волчком, делая так, чтобы на него обращали внимание: то пристаёт, то намеренно громко играет. Причём ему неважно, что последует в ответ: ругнутся или погладят – ему важен сам факт внимания. Этакий маленький тролль.

За столом многое успели обсудить. Что интересно здесь в селе? Как где и что растёт? Я рассказывал об Астрахани: малина и клубника давно уже отошли, огурцы тоже поспели и на подходе помидоры, те, что не в теплице, и кабачки. Здесь же всё, за исключением клубники, только-только на подходе, да и картошка здесь будет ближе к августу. А потом начнутся «холодные» зори, после них уже ничего не растёт, лишь поспевает. Это лето неплохое, так как ничего не помёрзло, и даже виноград будет, что нечасто для этих широт. В Астрахани же – ожидается огромный урожай винограда, если не произойдёт ничего сверхъестественного.

Поговорили и о медицине, полиции – здесь всего этого уже нет. Всё из соседних сёл и райцентров. Больницы и поликлиники закрывают, укрупняют, а с телевизоров нам говорят всё иначе, да и лечить начали прямо из телевизоров сериалами про докторов. С полицией всё также. Это лишь красивые картинки из телевизора, которые не имеют ничего общего с реальностью.

Здесь мат – неотъемлемая часть речи, но не безудержное и неуместное его применение, а гармонично завёрнутое в фразу так, что ухо не ощущает его как инородное вводное слово. Так говорят везде и это, по-видимому, такой местный колорит, впитанный с младых лет. Плохо ли это? На мой взгляд, это даже хорошо, так как подобное применение, даёт возможность не ругаться человеку в повседневной жизни, так как он осознаёт, что эти слова – часть речи, а никак не выделенные, запретные и ругательные слова.

Передохнули чуть-чуть после обеда и отправились в сторону радиорубки, прямо через сельский магазин, где мы немножко пополнили наши запасы пивом. Гулять так гулять. Сегодня можно.

Радиорубкой является старый покосившийся дом, спрятанный за основным новым домом. За домом дальше в лес – антенные поля. Теперь понятно, почему Анатолия так хорошо слышно. Да и внутри дома много чего интересного. Здесь и пара Icom’ов и усилитель, собранный за долгие зимние вечера. Здесь же к нам присоединился и ещё один местный радиолюбитель. Они на пару с Анатолием изучали какой-то мегаинтересный тюнер и то, что там могло погореть по зиме. Я же крутил радио такое же, как и у меня, только более новой версии. Различия небольшие, но всё же они есть. Добавлено чуть функциональности и красоты, которую я так и не оценил. Поработать в эфире, правда, не удалось, из-за того, что как обычно выходной каскад немножко был подубит, но ничего не мешало мне сидеть и просто слушать чистый эфир, где нет постоянных московских помех от интернета, китайских зарядников для телефонов.

За оградой было тихо. Практически не души, разве что нарушали его пара машин, да проходящие мимо девицы смеялись над чем-то своим. В Москве такие компании из девиц уже и не встретишь, как-то канули они в Лету, либо я никуда не выхожу.

День потихоньку подходил к своему завершению. Комары повылезали изо всех щелей. Наступало их время. Роса на траве явно указывала, что завтра будет хороший и жаркий день. Пора и нам в сторону дома. Наговориться перед сном, да и лечь спать.

Жизнь здесь замирает с наступлением темноты, как и в любой деревне. Это Москва всё никак не может уснуть, так как не хватает людям светового дня для решения всех проблем и задач, а тут как-то умудряются. Здесь спокойно и тихо, нет нервозности и раздражённости, и всё успевают. Парадокс!

Утро началось в десятом часу. Ощущение было такое, что я целиком выспался. Разве что подушка не совсем удобная и тянуло шею. Походил, размял шею. Вышел во двор – солнце уже хорошо пригревало. Настрой у нас боевой. Сегодня будем на месте.

За завтраком подруга Анатолия всё удивлялась тому, что мы едем просто послушать музыку на пару дней за тысячу километров. Внутри, видимо, она считала, что мы – странные люди. Может быть оно и так. Что руководило соседом я не знаю, а я имел вполне осознанную цель – попасть на тот фестиваль, послушать хорошую музыку. Я приблизительно знал на что еду и это того стоило. За десять лет, безусловно, всё изменилось, и быть может не в лучшую сторону. Вот это и хотелось проверить.

Наверх

М5 – До Тольятти

Перед отъездом проверили мою антенну. На 144 МГц она не работает в принципе, а на 433 – слышно. Значит, переходим на 433 МГц, и работаем там до самого упора. Мне лично без разницы на диапазон.

В одиннадцатом часу начали сборы и подготовку. И в начале двенадцатого тронулись в путь. От кочек на дороге на местной трассе у соседа постоянно падала антенна. Изолента, правда, чёрная, решает подобные проблемы быстро и красиво. Больше она его не беспокоила.

За бортом было жарко, а количество всяких насекомых просто зашкаливало. Лучше не останавливаться вообще. Через полчаса достигли поворота на М5 и притопили. Названия населённых пунктов начали мелькать перед глазами: «Нижний Ломов», «Пенза»… Дорога в целом очень неплохая, позволяющая держать приличную скорость. Перед выездом на объездную Пензы пришлось немножко потолкаться, а далее широкая двухполосная магистраль почти семьдесят километров. Километры бежали под кузов бодро и быстро.

По таким дорогам хочется ездить

По таким дорогам хочется ездить

Ульяновская область нас встретила ремонтами и сужениями, иногда выводившими на обочину, по которой лучше быстро не ездить. Радаров было не так много, но всё же они были в неожиданных местах.

Самарская область нас встретила ремонтами путепроводов, благодаря которым мы потеряли несколько часов. Сначала перед Переволокой, а после в Жигулёвске на переезде.

Пробка в Переволоке

Пробка в Переволоке

В Тольятти въезжали долго из-за дурацкой организации кругового движения. Минут тридцать втягивались, а потом быстро поехали в сторону Прибрежного.

Навигатор вёл нас до поворота, до которого оставалось ещё чуть больше километра. Не знаю почему, но я сбросил скорость и приготовился к повороту заранее, это позволило нам повернуть на Прибрежный по указателю чуть раньше. Как оказалось, в навигаторах старая карта, поворот был перенесён, а там, где нам предлагал повернуть навигатор, уже не было никакой дороги. Повезло.

Кстати, заметил интересную особенность, что в Самарской области много автомобилей из Ханты-Мансийска (регион 86), хотя чему тут удивляться? Много людей из Самары, Ульяновска ездили на заработки на Север, часть из них там ассимилировалась, и теперь ездит на большую землю с такими номерами.

Вид в сторону Жигулёвских гор просто великолепен. Нигде ничего похожего я не видел.

Вот мы и почти на месте, остаётся спуститься к подножию гор и обустроить наш лагерь. Из графика выбилиссь, ну да ладно. Успеем.

Наверх

Платформа

Как я говорил, что мы предполагаем, а Бог располагает, так и получилось, но главное верить в себя и свои силы.

На фестиваль мы приехали позже запланированного из-за дорожных ремонтов, о которых я уже рассказывал. По описанию повернули в поворот и ехали, ехали, ехали, пока не приехали хрен знает куда – к озерцу и дальше никуда. Пришлось обратиться к интернету. Смеркалось. Всё оказалось просто, необходимо было повернуть на горе чуть раньше и дальше следовать указателям фестиваля. Я их видел, но подумал о том, что здесь проводился до этого какой-то другой фестиваль и они просто остались.

Пока проезжали по деревням, находящиеся на склоне горы, удивлялись истинным «самарцам», коих в Москве великое множество, по-русски они плохо говорят, и тут их тоже немало.

Ладно, взобрались наверх, вывернули на нужную дорогу, вымощенную щебнем. Ехать с открытыми окнами нереально, пыль стоит просто столбом, плюс к этому куча подъёмов и спусков – этакий серпантин, но через несколько километров он закончился. КПП с шлагбаумом и кучей людей: охраны, организаторов. Въезд строго по пропускам. Вышел узнать, что да как: для нас – бесплатный въезд и парковка на все дни. Приятно. Не ожидал. Получил пропуска на две машины и мы поехали дальше до стоянки. На стоянке выдавали ещё карточку на автомобиль. Зачем – никто особо не знает, просто так надо. Припарковались поближе к выходу. Открыл дверь и сразу услышал музыку, но не бардовскую песнь, а хип-хоп начала двухтысячных годов. Что за нах? Торговая зона и дискотека. Смеркалось.

Сосед начал ныть, мол, приехали поздно, теперь иди, ищи место, то сё, пятое на десятое. Учитывая тот факт, что я десять лет назад пешком спускался с Грушинской горы, гружёный рюкзаком с палаткой и другими сумками, мне эта прогулка не показалась чересчур сложной. Да и о местах мы тогда были особо не в курсе. Сказал, что надо взять палатку, чтобы застолбить где-нибудь место.

Вот место под солнцем где-нибудь надо ещё найти. Все хорошие места, да и самые хорошие были разобраны, о чём мне повествовал мой сосед. Он устал – я понимаю; он хочет отдохнуть – я тоже не отказался, но нужно в первую очередь застолбить участок. Прошли в одну сторону минут десять – всё битком, дошли до спуска – и там ничего интересного не было. Я хотел было примкнуть рядом с одним огороженным лагерем, но соседу место особо не нравилось. Мол, людно, и вообще фигня какая-то. Да, и фиг с тобой, выбирает ещё там, где трудно что-то выбрать. Пошли в другую сторону, также шли далеко и долго, и там нас не ждало ничего интересного. К тому же контингент был каким-то подозрительным. Соседу это не нравилось: мол, обнесут пока ходить будем туда сюда. Ага, как же – люди в своём большинстве едут отдыхать, а не промышлять. Да и что выносить-то? Твой спальник или палатку?

Продолжало смеркаться. Дым натягивался на поляну, застревая в развесистых ветвях деревьев. «Гора» красиво освещалась последними солнечными лучами, придавая некоторую завораживающую мистичность этих мест. Я в крайний раз здесь был десять лет назад. Я перевёл свой взгляд на лестницу, ведущую от платформы им. Валерия Грушина (пл. 135км) к подножью поляны. Сколько же там ступеней? Пятьсот или тысяча, а может больше? Забираться наверх десять лет назад было трудно, сейчас, наверное, ещё труднее. Проверим это позже.

Отправились назад к машинам на стоянку ни с чем. Первый и мимо. Я в голове всё пытался представить то место, где мы разбивали лагерь десять лет назад. Помню озеро или пруд, в котором всю ночь бесновались лягушки, замолкавшие на время только тогда, когда проходили кришнаиты.

Кришноиты в этот раз никуда не ходили.

Кришнаиты в этот раз никуда не ходили.

Сидеть на месте мне абсолютно не хотелось. Я был движим целью, и во чтобы-то ни стало, я хотел её завершить именно сегодня. Сосед же совсем разнылся. Мол, херня какая-то, надо валить отсюда. Я пошёл искать другое место. Вроде оно получше, но близко к дороге. Позвал туда соседа. Ему не понравилось: «мол, чё дёргал, завтра сваливаю». Да и хрен бы с тобой, вали. И без тебя справлюсь. С того места, что я ему показал, я увидел другой берег через озеро и там стояли явно на машинах. Надо туда попасть, наверняка, ещё найдётся и нам местечко, но как туда попасть? Мои мысли меня одолевали, мозговой штурм не прекращался ни на минуту. Отправился опять в сторону базара и поляны, а далее попытался представить то, как мы шли с горы. Мы шли прямо в сторону Волги. Значит, надо идти именно так. Вот сцена справа, которая раньше называлась «На пеньках», а сейчас «Междуречье», вот заворот небольшой вправо и спуск к мосту, который мы не переходили, а куда же мы шли? Оглянулся и увидел неприметный проход.

Оп-па! А это и есть тот подъём! Мои силы прибавлялись по ходу движения. Вот и сцена, которая здесь же стояла давным-давно. И машины вдоль дороги. Судя по их клиренсу, мы также должны проехать, но где въезд-то? Дорога длинная, прошёл почти до конца. И возле последнего лагеря остановился, спросил у его обитателей о том, как сюда проехать.

Помочь мне вызывались сразу. Судя по всему, они уже с утра стоят. По голосу – уже очень хорошо приняли. Мне приблизительно указали направление, откуда надо заезжать, посоветовав пройти этот путь самому, чтобы не заблудиться после. Поблагодарив за предоставленную ценную информацию, я посмотрел в сторону низа. Мне это место очень сильно напомнило то самое место, что и десять лет назад. Быть может я ошибаюсь, а может быть и нет. Не суть сейчас. Нужно идти вдоль дороги, чтобы понять, как сюда заехать. По рации кричал соседу, но тот не отвечал. Хрен бы с ним. Теперь мне понятно, как сюда заехать и мы точно сюда проедем. Это самая главная информация за вечер. Вокруг окончательно стемнело. Уже подходя к стоянке, мне ответил мне сосед. Я ему сказал, что нашёл подходящее место, удовлетворяющее всем запросам.

Далее всё как обычно. Мол, хрен ли и тому подобное. Темно, холодно и страшно, чтобы ехать. Я был непреклонен в том, что сейчас нужно туда рвать когти, или уже вообще не в этот раз. Кое-как я растормошил его, ультимативным заявлением о том, что я поехал туда, а он, в принципе, может здесь и заночевать. Ему ничего не оставалось, как двинуться вслед за мной. Ехали не быстро, ночная тропа это не позволяла, он сзади несколько раз терялся, матюгался на то, что тут можно застрять, но проехал. Встали наверху, начали рассматривать места, что остались. Либо наверху, либо внизу у озера. Общим решением было приятно – спускаемся вниз. Площадка ровная, приятная. Сразу поставили палатку, надули матрацы. Всё, в целом, готово. Осталось пойти перекусить и выпить пивка за прибытие и установку палатки. Отправились мы, естественно, в сторону базара.

Где-то вдали разносились, подхватываемые не совсем трезвыми голосами, слова песен Козловского. Мы прошли мимо всех этих сцен. Нырнули в проход к базару и попали в совсем другое, непонятное нам общество, которое нас напрягло ещё по приезду. Здесь шла дискотека полным ходом. Но сказать, что она шла активно – ничего не сказать. Тела, а это по большей части были уже тела, пытались прыгать и попадать в ритм, но им это не всегда удавалось, но это уже абсолютно никого не смущало.

Пройдя по торговым рядам, нашли и пиво, нашли и то, что можно съесть, конечно не сразу. Шашлык сейчас нам был бы слишком тяжёл, надо что-нибудь попроще, полегче. Сосед как всегда был возмущён нерасторопностью персонала. В результате мы взяли пива, как сейчас, так и на потом, и осели в одном маленьком и импровизированном кафе, где нам подали чебуреки и пельмени.
– Ну, что же. За приезд! – сказал я, и мы чокнулись пластиковыми стаканами.

Пока мы перекусывали, то и дело подходили «смотрители» этого места. Судя по состоянию, они были уже далеко от количества принятого на грудь. То и дело интересовались, почему наши полулитровые стаканы не полулитровые, а пиво, которое мы взяли, не пьём?

Нам уже стало лучше, так как миссия на сегодня была целиком выполнена, и мы не обращали внимания на такое пристальное внимание к нашим персонам. Отобедав и поблагодарив всех присутствующих за вкусный и поздний ужин, мы отправились к нашему лагерю.

Только после ужина спать нам не хотелось, равно как гулять по площадкам, поэтому мы уселись в машине, включили музыку и разлили по стаканам пиво. Пиво никак не действовало, и пилось легко, как вода. Да и как иначе может быть под хорошую музыку? Два литра на двоих пролетели как-то быстро. Ещё немного посидели и двинулись вниз. Нужно отдохнуть от сегодняшнего дня. Он был перенасыщен различными событиями и дорогой.

Лягушки этой ночью не пели свои серенады, как это было десять лет назад. Было тихо и безмолвно.

В девятом часу мы уже очнулись, так как в палатке становилось жарко как в теплице, нагреваемой лучами восходящего на небосклон солнца. Пора вставать, заниматься делами насущными, да и покушать не мешало бы. Судя по яркому солнцу и голубому небу, день обещал быть хорошим.

То самое место

То самое место

Прежде всего, мы перегнали машину соседа вниз, чтобы не ходить за примусом и прочими припасами наверх. Мою же машину пока переставлять не стали. Мне ещё предстоит подъём на гору за шашлыком.

IMG_2580

Утренний чай из пакетиков, приготовленный на примусе, бодрит. В тени ещё не так жарко, а вот на солнце пригревает, да и комарьё пошло на спад, начало прятаться в траве. Попутно я изучаю место вокруг нашего лагеря, и ловлю себя на мысли, что я не промазал вообще. Для более точного сравнения, скачал фотографию с того выезда, единственную фотографию, которую я получил с того Грушинского фестиваля. Всё сходится – палатка стоит в метрах пяти от того места, где стояла палатка тогда.

Наш лагерь

Наш лагерь

Перекусив, мы отправились на Волгу, смыть с себя дорожную пыль. Плавок у меня не было, но и тут меня выручил сосед, отдав одни из своих, да и сандалии неплохие подогнал. На Волге было ещё не так многолюдно. Вода была не самой чистой, что приходилось видеть, но люди купались. Надо тоже искупаться. Водица холодная, но терпимо. Море в Греции было прохладнее. Кстати, заявлена была баня на главной поляне, но её я так и не увидел.

Волга и Жигулёвские горы

Волга и Жигулёвские горы

После омовения, надо будет пройтись на главную поляну, купить сувениров на память, да и подняться на гору – для меня это обязательная часть поездки. Я не могу не подняться туда, как бы ни было тяжело. Солнце жарило неумолимо. А я ещё и без головного убора. Нехорошо, но, думаю, что всё обойдётся.

Лестница на гору весьма забавна, она ещё и тогда поразила тем, что доходит не до подножия горы, а оканчивается где-то на четверти подъёма. Как мною было подслушано, что это получилось, по обычной российской традиции: просто не дали денег на достройку. Поэтому часть пути приходится проходить по неудобному склону, стараясь не зацепиться за выступающие корни деревьев. Людей с горы спускалось много, но почему-то и многие поднимались наверх, стремясь на электричку. Сосед дошёл до первой площадки и остановился там, а я постепенно поднимался.

Так, карабкаются те, кто приезжает на электричке

Так, карабкаются те, кто приезжает на электричке

Я уже и не помню, останавливались ли мы, когда поднимались десять лет назад на гору, чтобы успеть на электричку. Наверняка останавливались, чтобы сфотографироваться. В этот раз карабкаться на гору по ступенькам было тяжело, и тяжело было всем, но подогревало то, что чем выше поднимаешься, тем интереснее открываются виды на поляну, на горы, на Волгу.

Гитара - сцена главного ночного концерта

Гитара – сцена главного ночного концерта

За несколько минут я достиг верхней точки подъёма и ощутив хороший прилив энергии от того, что я это сделал, ещё раз посмотрел вдаль на Жигулёвские горы, сделал несколько снимков и отправился вниз к подножью.

Вид сверху

Вид сверху

Кстати, если поднимать историю, то десять лет назад у подножия горы охрана хорошо шмонала, искала запрещённые к проносу вещи, шмонали не всех, а выборочно. Из запрещённых предметов, насколько помню, была водка, пиво не трогали. В этот раз всем было абсолютно всё равно, что абсолютно ни странно.

Далее мы отправились в торговые ряды, где продавались различные феньки, магниты, кружки и прочие сувениры, но вот футболок почему-то не было. Да и фиг бы с ней. У меня не было кружки – теперь есть, есть и магнитики с видом Самары и Грушинской поляны. Надо потихоньку отправляться в сторону лагеря, отобедать и готовиться к вечеру и шашлыку.

Обед из пакетика! Как давно этого не было! Всё как-то нормальная пища, а тут поход. Десять лет назад мы варили суп целый день на костре, только к вечеру, когда наш лагерь пополнился и мы дружно уселись у костра. Суп был очень наваристым и вкусным, может по тому, что целый день ничего не ели, а может по тому, что разварился хорошо. Сейчас же всё просто: вода в кастрюлю и на примус, через пять минут уже всё готово. Никакой романтики!

Отобедав и немного отдохнув, я отправился за шашлыком и пивом наверх. Ещё когда мы проезжали вниз я заприметил рынок. Наверняка там, что-нибудь да есть. Я не ошибся. Там есть мясная лавка, в которую я зашёл и будто бы совершил путешествие во времени, очутившись в советском магазине. За прилавком стояла настоящая крепкая русская баба. Иначе сказать не могу. Меня сразу смерили взглядом и спросили то, чего мне нужно.
– Мне бы шашлык, – сказал я. – Килограмм.
– А сколько вас?
– Двое.
– Маловато будет. Откуда вы?
– Из Москвы
– Небось, на фестиваль приехали? Много людей?
– Да, на фестиваль. Не мало, но к вечеру будет больше.
– Я вам дам такой шашлык, который у вас и не купишь.

После я обошёл весь рынок в поисках пива. Нигде его здесь не продают. Только воду. Отправился выше в магазин. Вот здесь-то живое пиво есть. Местное. Самарское, которое мне рекламировали аборигены. Давайте сразу литров шесть, чтобы не возвращаться сегодня.

Загрузился в машину и отправился вниз. К этому времени сосед уже установил вторую палатку. Место ему определённо понравилось. Солнце жарило нещадно, что приходилось скрываться в тени деревьев.

Показал ему шашлык, сказал, что лучшее, что тут есть. Он глянул, понюхал и одобрительно сказал, что действительно очень хорошее мясо. Пиво решили спрятать в пруду, чтобы не нагрелось. Это было большой ошибкой, так как вода у берега достаточно тёплая и к нашему возвращению нагрелось. Что может быть хуже тёплого пива? Покончив с делами, мы отправились вновь на Волгу, чтобы искупаться.

Относительно утра людей прибавилось раза в три. Пьяные компании, с гитарами и без, начали бесноваться; в самой Волге плавала кега с пивом, из которой постоянно наливали. Вода прогрелась и очистилась. Утренней тины вдоль берега не было, но стала мутнее – взбаламутили. Ну что же, водные процедуры закончились – пора готовить шашлык. Пойдём в лагерь.

Пока собирали мангал, приехали наши соседи с другого берега, да и к соседям, что стояли рядом, приехало ещё несколько машин. Больше людей веселее, – подумал я. Уголь никак не хотел прогорать, вообще он показался каким-то сырым.

Для меня всё как-то не слава Богу, на работе рухнула сеть, я сел разбираться с этим в машину, пока сосед воевал с углём. Воевал я недолго, пока окончательно не положил сеть через удалённый доступ. Дальше пошли телефонные звонки в Москву. Спасибо, что есть толковые ребята у нас на работе, которые сумели по моей наводке сделать всё сами. В целом, косяк был мой, но чего уж теперь грустить об этом?

К моменту, как я разобрался с сетью, была готова первая порция шашлыка. Шашлык, действительно, оказался очень мягким и вкусным. Такого я давно не ел. Настроение улучшалось. Ближе к вечеру наши новые соседи обустроились и… закрутили дискотеку нулевых. От этого можно сдохнуть.

Ближе к закату развели костёр, чтобы насекомые близко не подлетали и не пытались нас есть. Всё-таки приятно смотреть на то, как горит огонь, течёт вода и работают другие. Ближе к ночи мы решили сместиться в сторону сцен, чтобы уйти подальше от этой тупой дискотеки.

Это было самым лучшим решением за вечер. Потому что со сцен, хотя это даже не совсем сцены, неслась такая чувственная музыка и исполнение, что уходить совершенно не хотелось. На несколько часов мы застыли у одной сцены.

Я хотел написать про быдло. Ложка дёгтя в бочке мёда, конечно же должна быть. Не буду говорить о том, что этих ложек оказалось чересчур много, ни к чему. Но всякие непонятные люди, которые подходили к сцене для того, чтобы выяснить между собой отношения, напрягали. Голоса у них были громкие и совершенно нетрезвые.

Дальше мы отправились на другую сцену, где должен был выступать Андрей Козловский, но по каким-то причинам он там так и не выступил. Всем нам пожелали спокойной ночи. Сосед как обычно: я устал, я пойду спать. Да и иди, я же отправился на другую площадку, где должен был выступать Тимур Шаов. Если честно, то я абсолютно не пожалел, что туда пришёл. Во-первых, выступал проект «Песни нашего века», зарядившие публику позитивом и хорошим настроением. Во-вторых, было много интересных джазовых и фолковых исполнителей, которые были одни других лучше. Ну и под конец ночного концерта, который закончился ближе к трём ночи, вышел и Тимур Шаов с опозданием более чем на час, но как он выступил, публика чуть ли не плясала. А Козловский, хоть и был заявлен, но так и не выступил. Не судьба. Хотя дважды проходили мимо сцен, когда выступал Андрей, но мы были заняты другими делами.

Пора спать. Да и как-то странно сверкало за сценой, видимо, скоро будет гроза. И время позднее. Я отправился в сторону лагеря. Перед глазами мельтешили пьяные личности, летящие в различных направлениях. Странное какое-то броуновское движение. Вот и поворот на тропу сторону нашего лагеря. Иногда дорога освещалась яркими грозовыми вспышками, но грома слышно не было. Подходя всё ближе, я услышал всю ту же дискотеку нулевых, но несущуюся уже с двух сторон от нашей палатки. Чёрт возьми, как спать-то? Но это ещё не так плохо, кто-то решил выяснить кто с кем спал, и требовал выйти. Угомонитесь, черти. Достали!

Кое-как уснул, под эту долбящую музыку. На утро проснулся в разбитом состоянии, и это понятно почему, так как дискотека продолжалась. Там, безусловно, уже все уснули. Перед рассветом принялся дождь, микроскопические капли просачивались сквозь тент палатки.

Мы ни чуть не сомневаясь, решили, что пора отсюда сваливать и как можно скорее, так как ловить здесь уже нечего. Идти на гору смысла нет, там будет всё точно так, как и было вчера ночью. Осталось побороть последствия вчерашнего и проработать план отступления.

Сосед долго отказывался от поездки в Самару, мол, домой надо, домой. Нечего там делать в этой Самаре, но я настаивал на своём, что раз уж находимся рядом с городом, то необходимо доехать не вместе, так мне одному.

Фото на память

Фото на память

План таков: Складываемся. Идём купаться. Едем в Самару, а там уже будет всё хорошо. Завтра уже будем дома.

Наверх

Самара

Итак, как я говорил, моя жизнь отчасти была связана с Самарой. Да и вообще Поволжье меня как-то притягивает: Самара, Астрахань… В Самаре я в крайний раз был в августе 2004 года, когда мы ездили в Ульяновск. Фотографий я тогда никаких не делал, так как не на что было фотографировать. В телефонах камеры тогда только-только начинали появляться, да и качество снимков оставляло желать лучшего. Попал я тогда на День города и так далее – пересказывать не буду, давно это было, и некоторые уже читали.

Собрав наши скромные пожитки и покидав их по машинам, оставили разве что мангал с углями и поленьями на разграбление, так как они нам больше не были нужны, мы отправились на Волгу, чтобы смыть с себя пот. На улице установилась очень жаркая погода, плюс ко всему было влажно из-за прошедшего утром дождя.

Перед тем, как покинуть лагерь, я попросил сделать фото на память на том месте, где предположительно был наш лагерь десять лет назад. Сделали несколько фоток, я решил снять солнечные очки, и… они у меня разваливаются в руках. «Что за на?» – подумал я. – «Теперь точно надо ехать в Самару за новыми очками. На таком солнце глаза сгорят быстро».

Ключ на старт и… всё гаснет! «Что за на?» – подумал я. Достал тестер, померил напряжение – десять и семь вольт. Когда так успел посадить – не могу понять. Ладно, прикурились от машины соседа. За бортом показывает плюс тридцать три градуса.

Выехали на привычную нам дорогу, начали карабкаться по серпантину, который уже был изрядно подразбит за вчерашний день проезжающими машинами. Поднимаемся до посёлка и едем в сторону трассы. Выехали на трассу в сторону Самары. Указатель нам бодро сообщает, что ехать ещё нам пятьдесят километров. Что же – не так уж и много. Притопили. Дорога здесь явно лучше, чем на участке Тольятти – Прибрежный. В кустах местами залежи ДПСных радаров. Дорога до Самары пролетела очень быстро. Менее чем через тридцать минут мы были на въезде в город.

Город нас встретил многокилометровыми пробками на Московском шоссе.

IMG_2775

Плотное движение на въезде

Для меня Самара – город моего юношества и неразделённой любви, которая, наверняка, была почти у каждого, а также тот город, который мне по сей день симпатизирует, хотя я теперь не решился в нём жить. Здесь я не был с две тысячи четвёртого года, когда в последний раз приезжал во время путешествия в Ульяновск. По странному стечению обстоятельств, тогда я приехал ровно на День Города. Тогда же удалось погулять по набережным и улицам города, чтобы, видимо, в последний раз запомнить его таким, как он есть. Тогда меня ещё терзала неразделённая моя любовь, но ничто уже не держало, кроме фантомных чувств. Надо было двигаться дальше, я это понимал разумом, но не мог принять сердцем.

Круговое движение душит Самару целиком и полностью, добавление реверсивных полос, на мой взгляд, только ухудшило и без того плачевное состояние города. Так потихоньку перекрёсток за перекрёстком мы пробирались в сторону центра и тех мест, что я хотел посетить.

Изменился ли город с той поры? По-моему нет, разве что стало больше торговых центров и автомобильных салонов. Дороги как были плохими, так такими и остались, дома также не стали лучше, хотя строительство нового жилья в Самаре идёт полным ходом. Строят какие-то коробки, путь и по индивидуальным проектам, но от этого ничего, по сути, не меняется.

Вот возле автовокзала я повернул на Аврору и поехал вверх, поймав криво положенные рельсы трамвая на пересечении с Гаражной улицей. Поймал их неслучайно, а из-за невнимательности, так как моё внимание было приковано к невзрачным домам впереди из жёлто-серых бетонных панелей и уродски закруглённых балконов. Я соседу показал на эти дома, но он ничего в них не нашёл. Подъехав ближе, я свернул в переулок и они предо мной представили в полной красе. Только ничего в них красивого нет, да и не могло быть – типовой проект, но для меня эти дома навсегда врезались в память, так как здесь и живёт моя та самая далёкая любовь моего юношества.

IMG_2797
– Знаешь, почему мы сюда заехали?
– Нет, не знаю.
– Здесь живёт та самая подруга, к которой я тогда приезжал.
– А, это мы сюда должны были на Новый год приехать?
– Да, именно сюда и к ней.
– Теперь понятно.
– Я пару снимков сделаю.

Встав недалеко от края дома, я сфотографировал дом, построенный во внутреннем дворе на месте деревянных домов частного сектора. Да, теперь солнца в окна, действительно, не так уж и много попадает, всё закрыл этот высотный дом. Завернул во двор, где я выгуливал Фильку. Вспомнил, как зимой в последний раз выйдя из её подъезда, я прошёл таким же путём и отправился в сторону автовокзала. У меня тогда был целый день впереди, чтобы добраться до Новокуйбышевска. В этом доме мне было уже нечего делать. Лишь музыка тогда была совсем иной в ушах, да и машины у меня тогда не было. Сделал ещё пару снимков и посмотрел на второй этаж, на потихоньку гниющие деревянные загородки балкона, жалюзи, плотно закрывающие от солнца пространство квартиры. Я мысленно представил себя с той стороны, именно тогда, десять лет назад, представил тот вид из окна… Этого дома не было, были деревянные одноэтажные дома, покрытыми выпавшим за ночь снегом. Ностальгия за долю секунды вошла меня в меня всего, захватила и также резко покинула моё тело, оставив лишь некоторое непонимание того, что же сейчас произошло.

Едем дальше.

Отсюда и начался путь на Грушинский в 2003 году

Отсюда и начался путь на Грушинский в 2003 году

Дороги во дворах Самары, да и не только Самары, не самые лучшие. Хорошо, что местами можно проехать. Выехали на Гаражную и я сделал ещё пару снимков. Да, именно с этого места началось путешествие на Грушинский фестиваль в 2003 году. Я представил себя в компании пятерых человек, с рюкзаками, пакетами и сумками, которые ожидали трамвай с тем номером, что довезёт до вокзала. В этот раз ничего подобного не было. И слава богу!

IMG_2814

Спуск к Волге

Тем временем жара в Самаре усиливалась. Термометр показывал уже плюс тридцать шесть градусов. Окольными путями доехал до Ново-Садовой и после ушёл по Полевой улице вниз к набережной и центральному пляжу. Здесь же находится и пивзавод и главный символ Самары – Ладья на берегу Волги.

IMG_2776

Припарковавшись по всем правилам, мы перешли дорогу и начали спускаться по лестнице. Ладью было видно издалека. Почему-то десять лет назад мне казалось, что она находится куда ближе к воде, чем сейчас. На набережной, несмотря на жару, было немало людей, ещё больше людей оккупировали городской пляж. Кстати, зелёные кабинки (они же туалет) почему-то были закрыты все, и на самом пляже туалетов нет, так что, ходите, дорогие посетители, в Волгу по своим личным делам. Как-то это не продумано.

IMG_2836

Ладья – символ Самары

На Ладью подниматься мы не стали, а спустились пониже, чтобы ладья целиком вошла в кадр и сфотографироваться на её фоне. Если посмотреть чуть выше, то видны дома, которых десять лет назад не было и в помине. Помню, как я хотел жить именно здесь, но не сложилось.

Остальные памятники смотреть по такой жаре и в нашем усталом состоянии совсем не хотелось, по этой причине мы отправились к выезду из города.

Наверх

Дорога домой

Вот и всё. Осмотрев некоторые достопримечательности Самары и памятные мне места, мы поехали в сторону выезда. Нам необходимо было ещё перекусить и купить мне очки, взамен тех, что сломались на Грушинском.

Забавные всё-таки люди в регионах живут. Совсем забавные. За очками мы пришли в спортивный магазин, находящийся по соседству с рыболовным. В спортивном магазине сказали, что такой продукции у них нет и предложили сходить к их соседям. Я в голове размышлял, зачем рыболовам солнечные очки? Но это сработало. Я увидел действительно стоящие поляризационные очки и по нормальной, доступной цене.

С едой всё было проще, рядом на улице Кирова находится Макдональдс. Этим не отравишься точно. Порадовало то, что среди персонала гостей из ближнеазиатских стран нет, только местное население, приятное в общении, и что главное – симпатичное (у нас посмотрите, ага).

Из города поехали хитрым путём, так как стоять лишний час в пробке на выезд не сильно хотелось. Ушли обратно на Ново-Садовую и выехали почти в самом конце города. Конечно всё мы не объехали, но минут тридцать выиграли железно.

Уже вдали увидел «Самара», обращённую к въезжающим, правее виднелся район однотипных таунхаусов «Кошелево», который станет очередной головной болью в дорожном сообщении между Тольятти и Самарой, дорога по дуге уходила влево, и мы готовились выехать на малый участок автомагистрали. Правая нога начала сильнее придавливать педаль газа. Мы покинули город.

Остаётся забрать машину соседа. Всё-таки верно, что мы поехали только на одной, так как он бы сварился по этой жаре без кондиционера. Через двадцать минут повернули на Прибрежный и ещё минут через двадцать были на месте нашего лагеря. От него ничего не осталось. Мангал с дровами и углём исчез в неизвестном направлении, лишь вытоптанная трава под палатку, да и проплешина – след от костра. Дискотека на время стихла, так как все устали и приходили в себя, чтобы к вечеру быть в форме, пьяные голоса всё-таки были слышны. Ещё десять минут и по рации придёт команда «Трогай» и мы поползём обратно в гору, по дороге, которую за пару дней уже успели убить.

Вот и снова Прибрежный. Через минут двадцать показалось Тольятти, которое, в отличие от пути на фестиваль, нас практически ничуть не задержало, даже через Жигулёвск пролетели довольно быстро, но жёстко стали от Большой Рязани и до Переволоки, потеряв здесь почти два часа. Причины потери времени вполне понятны и объяснимы, все хотят побыстрее проехать и не хотят стоять, но дорога не может пропустить через себя такое количество желающих «проскочить побыстрее». Мы поехали только после того, как дальнобойщики организованно перекрыли все обочины и никого из наглых не пускали. Кому же хотелось всё время побыстрее? Как ни странно – местным. Они в нарушении всех правил обгоняли поток, иногда создавая затор с встречными автомобилями, так как им деваться некуда – всё стояло.

IMG_2933

IMG_2917

Дальше дорога пошла себе спокойно. Солнце потихоньку начало прятаться за горизонт, а бензин потихоньку подходить к своему концу. Дороги в Самарской и Ульяновских областях в принципе весьма неплохи, но нужно быть аккуратным и быть постоянно начеку, так как засадами здесь тоже любят баловать. В одну из них и попал мой сосед: за перекрёстком попал на встречную полосу. Никаких знаков, только блёклая разметка и патруль с камерой. Вот и всё. Посмотрели, пообщались, да и выписали штраф за нечитаемые номера, поехали дальше.

Солнце садилось медленно, его отблеска хватило до широкого участка трассе в Пензенской области, и окончательно оно скрылось, когда мы сошли с объездной дороги вокруг Пензы, погрузившись во мрак неосвещённой дороги. Кстати, мы были не единственными, кто съехал с дороги на внутреннюю обочину. Выглядит это так: снятый асфальт имеет сероватый оттенок, земля тоже серая, более того, что никаких указателей, говорящих о том, что дорога будет уходить чуть в сторону нет. В свете фар это выглядит единым фоном и отличить то, где ты находится весьма трудно.

Были и отличные участки, но всё также без какой-либо разметки. Улететь с такой дороги тоже просто, но нам повезло.

Не доезжая Умёта, я почувствовал, что всё-таки пора приткнуться хотя бы на полчасика, подышать воздухом и поспать. Так и остановились на какой-то бензоколонке возле кафе. На часах было около половины второго. В два тронулись дальше. В Умёте очередной раз останавливаться мы не захотели, так как и есть желания не было, поехали дальше. Ещё чуть-чуть и мы оказались уже на Рязанской земле, и чем ближе к Москве, тем дорога становилась лучше и лучше. Я лишь хотел проскочить часов до шести рязанскую объездную, чтобы не стоять.

Да и ещё крайне трудно объяснять человеку, который не ездил по ночам о важности сна и об определённых временных интервалах, когда лучше отдыхать, а не ехать, после ночи. Меня всё пытались развести на то, чтобы посидеть, отдохнуть полчасика, но я прекрасно понимал, что это просто потерянное время, которое наверстать мы не сможем, поэтому остановка на кофе-брейк и заправку продлилась недолго.

Рязанская объездная ничем нас новым не удивила, разве что была абсолютно пустой. Проехали её быстро, озираясь по сторонам. Радары уже выставили, а также засели блюстители порядка в засадах.

В районе Воскресенска я почувствовал, что начало «подрубать», осторожно, на леденцах, которые лучше не употреблять много за раз, я оттянул желание поспать почти до Москвы, но на подъезде я понял, что это в принципе нереально, слава богу, что Макдональдсы уже открыты. Заказал кофе, на котором преспокойно доехал до дома.

Москва встретила свинцовыми тучами, но перед моими глазами уже давно стояла некоторая пелена сна, немного сгоняемая кофе. Желания ехать, как мне хотелось через центр, отпало сразу, поэтому я повернул на МКАД, движение по которому для утра воскресения было слишком активным. Где-то после Каширского шоссе вдарил сильный ливень, но мне уже было, в принципе, всё равно, так как хотелось побыстрее доехать до дома, отмыться с дороги и лечь спать.

Вот уже и поворот на Ленинский проспект, ещё несколько километров отделяет меня от дома, можно уже сильно не напрягаться, ещё всего лишь минут десять езды. Они пролетели очень быстро и на автопилоте. Во дворе даже было место, куда приткнуть машину. С собой домой беру только те вещи, которые лучше забрать из машины, вечером разгружусь целиком. Поднимаюсь на чистом автопилоте на пятый этаж. Что было дальше помню достаточно смутно, так как разум уже отключился.

В голове лишь шум от поездки, всё тело покрывает нега от того, что уже находишься дома. Лично я доволен целиком и полностью этой поездкой, несмотря на некоторые неприятные моменты уже на месте. Однако, мне удалось проникнуться той энергетикой авторской песни, что лилась со сцен, пусть и немного, но это останется жить в моей голове.

Я посетил Грушинский фестиваль, пусть и через десять лет, попав на очередные «нули» (тогда был тридцатый фестиваль, а сейчас сороковой). Увидел много интересных авторов и исполнителей, побыл на природе, посидел перед костром и подумал о чём-то большом, будущем, целиком погрузившись в самого себя, искупался в Волге, по-моему, даже впервые в своей жизни. Так что не зря прошли эти три дня.

Поеду ли я на очередной Грушинский? Да кто его знает. С одной стороны мне бы хотелось, с другой – посмотрим, как фишка ляжет.

Наверх


29 июля 2013

Добавить комментарий