Если что-то быстро и мимо пролетело, как скоростной поезд, то это, скорее всего, лето — лето две тысячи двадцать шестого. Сижу вечером и вспоминаю его, только не могу и вспомнить то, что происходило. Из памяти, словно клещами, приходится вырывать воспоминании о том, чего будто и не было.

Ещё до начала лета пролетели спойлеры о том, что он будет не таким, как его до этого представлял. И не только по погоде, но и по ситуативной обстановке вокруг. Вот только огорчаться с этого не хочется. И это пройдёт…