Всем своим нутром я стремлюсь к спокойной и стабильной жизни, чтобы всё было и не нужно было постоянно находиться в напряжении, придумывая новые ходы, в меняющемся вокруг мире, главной задачей которого — деморализовать тебя.
До конца лета меня кормили ноги в прямом смысле. Чем быстрее я делал то, что просили, тем больше я получал, соответственно, мотивация что ни на есть прямая, но гнилость постсовковой конторы давала о себе знать.
Читать далееВеликая вещь этот rss, не надо тратить время на переходы на странички с новостями или старым френдам, либо просто к интересным людям. Всё то, что они пишут всегда приходит мне с утра, когда я включаю компьютер. Но заметил я, что, если отбросить СМИ, то все остальные посты будут напоминать мне заголовки газет, с небольшими вкраплениями интересных наблюдений людей. Фактически блоги моих френдов и не очень стали самостоятельными СМИ, которые друг у дружки воруют новости, и гонятся за тем, чтобы стать первыми.
Мне же интереснее читать о путешествиях, машинах, личных наблюдениях и т.д., каких-то курьёзах, но людям, видимо, интереснее существовать в своей серой массе, ничем не выделяясь среди своих. Жить с навязанными свыше эмоциями, не отходя ни на шаг в сторону: «если сказали, что „ебать“» — значит «ебать» и никак иначе.
По этой причине я практически не уделяю фидам френдов время. Я не интересуюсь политикой нашего государства Гондурас.
Два года назад ездили в одну из моих родовых деревень под Рязанью. Последний раз я здесь был лет семь назад, да и то минут на пятнадцать, чтобы просто проведать, поведать. А в детстве я был здесь почти каждое лето по нескольку дней или недель. Помню, как по палисаднику лазил, как в теплицах загорал, на сеновал лазили и по тракторам — чего ещё для счастья нужно мальчугану лет шести от роду?
Читать далееВся наша жизнь проходит на фоне общества, любые оценки, которые мы получаем, будут отталкиваться от общества, его морали. Учитывая, что у общества нет морали, но есть стадное чувство, которое не только запрещает преступать определённые рамки, но и не позволяет это сделать, мы всегда будем казаться этими серыми полуразрушенными домами с обвалившимися стенами, выбитыми детьми и подростками окнами, но им это простительно, они ещё ни о чём не думают. Однако и они — копия своих родителей, которые в детстве точно также били окна и разукрашивали стены, разводили костры, чтобы согреться.
Меня недавно обвинили в излишнем пессимизме. В том, что я не вижу яркие и сочные цвета. Быть может, но для меня, что общество, что жизнь, что город — это не только первые лица и актёры, не только радость, не только ухоженные фасады домов центральных улиц, но и окраины, начинающиеся со следующего перекрёстка, с покосившимися крышами и раздолбанными дорогами, по которым бегают чумазые дети и где валяются не дошедшие до дома пропойцы, погружённые в свой вечный сплин.
На фотографии перспектива полуразвалившихся построек, за которыми возвышается храм — главное достояние и краса города. За ним заканчивается центр и никаких перспектив… и это — моя страна.
Этот новый год я встречал без неизменного атрибута каждого года — без снега, так как в Астрахани на Новый год снег скорее нонсенс, чем нормальное явление. Числа второго или третьего, отвалявшись дома, отправились в Астраханский кремль посмотреть на ёлку, да и просто погулять, понежится на ярком и тёплом солнышке.
Мне нравится весь этот контраст между роскошью, встречающей у входа и сопровождающей по всей главной площади, и полуобвалившейся нищетой задворок, несмотря на то, что от центра отделяет всего лишь пара шагов.
И не верьте глазам своим. Это — Красные ворота!
На грамматику не смотрите. Страдает. Главное, что всем сразу всё понятно.
Сегодня начинается новый трудовой год. Есть несколько амбициозных планов, которые придётся реализовать за этот трудовой год. Иного не дано.
